СЛОВО О ПОтоЛКУ ИГОРЕВЕ

 
 

СЛОВО О ПОтоЛКУ ИГОРЕВЕ




СЛОВО О ПОтоЛКУ ИГОРЕВЕ 

 

Не лепо ли ны бяшет, братие, начяти старыми словесы славную повесть о походе Игоревом, Игоря Степановича! Да начнется песнь ему по былям нашего времени – не по замышлению Боянову! Боян бо вещий, когда песнь кому хотяше творити, то растекашется белкою по древу, серым волком по земли, шизым орлом под облакы. Поминал он давних времен рати!

Начнем же, братья, повесть эту от старого Владимира до нынешнего Игоря, что отвагою и брагою закалил себя, заострил сердце своё мужеством в битвах за знания и, исполнившись ратного духа, направил свои стопы на землю Киевскую за землю Белорусскую.

Свивая славу давнего и нынешнего времени, так бы пелась слава Игорю, Степанову сыну: "Кони ржут за Смолкою, звенит слава в Киеве. Трубы трубят в Новегороде-Волынском, стоят стяги в Минске".

Сказал ему буй-тур Виталий: «Один, брат, один свет светлый ты, Игорь, из Беларуси едешь на встречу с братьями по учёбе и по неуч-ёбе! Седлай, брат, своих борзых коней! У нас дружина бывалая: под трубами-лекциями повиты, под шлемами-лабораторными взлелеяны, с конца копья вскормлены; пути-экзамены ими исхожены, овраги-зачёты ведомы, луки знаний у них натянуты, колчаны-конспекты отворены, сабли-навыки наострены; сами скачут, как серые волки в поле, себе ища чести, а институту славы".

Тогда посмотрел Игорь на светлое солнце  и сказал дружине своей: "Дети и дружина! Лучше в битве с Зелёным Змеем пасть, чем в полон годам сдаться.  Хочу память свою освежить и испить шеломом из Днепра". Тогда вступил Игорь князь в золотое стремя и поехал по чистому полю к Днепру великому; скрипят телеги-вагоны в полуночи, словно лебеди кричат распуганные.  О белая Русская земля, а ты уже скрылась за холмом!

На другой день рано утром зори рассвет возвещают. Быть грому великому! Соратники щитами-стенгазетами аудиторию перегородили, со всех боков свои обступили. Тут братьям обниматься, в воспоминания ударяться, старыми слайдами любоваться!.. Примчалось много красных девок, а с ними золото, и дорогие оксамиты. Червленый стяг, белая хоругвь, серебряное древко – храброму Степановичу!

С утра раннего до вечера, с вечера до света летят шутки каленые, стучат рюмки о фужеры, трещат за ушами яства в степи незнаемой у стола золотого. Бутылки бесовы с разных сторон полки акустиков обступили. И пошли пьяновецкие пляски! Что шумит, что звенит на рассвете рано перед зорями? Уже, братья, водка силу русскую одолела, Игорь стопы поворачивает: жаль ему милого брата Виталия. Бились день, бились ночь; под утро пали стяги Игоревы. Тут разлучились братья; тут вина недостало; тут пир окончили храбрые русичи. Было в те рати и в те походы, а такой рати не слыхано.

 

Яроксана рано утром плачет на стене Звягеля-города, причитая: "О Днепр Словутич! Ты пробил каменные горы сквозь землю Политехническую. Ты лелеял на себе челны до полку Гидроакустикова. Прилелей же мою ладу ко мне, чтобы не слала я к нему слез на опохмелье рано!"

 

А Игорь темный сон видел в Киеве на горах. Ночью накрывали его покровом черным на кровати тисовой; черпали светлое вино, с горечью смешанное; сыпали из пустых пузырей половецких крупный жемчуг на грудь. И кровля уже без князька в его тереме златоверхом, крышу сорвало – по-нынешнему говоря. Князья сами на себя крамолу куют, а поганые с победами набегают на Русскую землю, дань беря по белке от двора.

 

Игорь спит, Игорь не спит, Игорь мыслию водку мерит от великого Абсолюту до малого «С перцем». О, далеко залетел сокол!.. Ему в Полесье звонили заутреню рано у святой Софии в колокола, а он звон тот в Киеве слышал. Хоть и вещая душа живёт в отважном теле, но часто он беды от водки терпел. Ему вещий Боян такую припевку, мудрый, сложил: "Ни хитрому, ни умному, ни ведуну разумному суда божьего не миновать".

 

Соловьи веселыми песнями рассвет вещают. Открывает князь очи, что были ясные, а стали мутные, и видит над собой половца поганого!

Быть того не может, чтобы Игорь князь пересел с седла золотого, а в седло невольничье. Чтобы соколам крылья подсекли поганых саблями, а самих опутали путами железными.

Воззвал Игорь к Богу. Игорю князю Бог путь кажет из земли Пьяновецкой на землю Русскую, к отчему столу золотому.  Протёр  он очи – а тот половец на потолку намалёван!..

Сказал Боян, песнотворец старого времени: "Тяжко голове без плеч, беда и телу без головы". Так и Русской земле без Игоря. Солнце светит на небе – Игорь князь в Русской земле. Девицы поют на Случе, вьются голоса через море до Киева. Страны рады, города веселы. 

Воспев славу старым князьям, а потом молодых величать будем. Слава Игорю Степановичу, буй-туру Виталию, князьям Олегу и Владимиру! Да здравы будут князья и дружина. Князьям слава и дружине! Аминь.

 

31.08.2011. Летописец Белка-Быкова



Создан 30 сен 2011